День второй - Кочевые народы Крайнего Севера

Перейти к контенту

День второй

Дневник
   На следующий день мы собрались в тундру, где находилось основное многотысячное стадо оленей. Нам сказали, что нужно проехать по тропе около шести километров. К снегоходу подцепили деревянные нарты, сверху уложили шкуры, перевязав их веревкой. Сергей сел на снегоход, и мы поехали…
   Путь через лес весь в ухабах, на которых мы постоянно подскакивали вместе с нартами. Главное — хорошо держаться и правильно сидеть на нартах. Конструкция устойчивая и прыгает, словно в нее встроены невидимые качественные амортизаторы. Сергей прибавил скорости, снегоход взвыл… деревья мелькали… Мы выехали в тундру и на очередной кочке правый край нарт поднялся. Перекренить не получалось… Летели на одном полозе… Кричали Сергею, чтобы сбавил ход… Он не слышал: в ушах свистел ветер и наши крики заглушал рев двигателя. Еще одна кочка и мы улетели с нарт в тундру, зарываясь в снег. Сергей обернулся, остановился: «Чего не держитесь?» Усевшись, двинулись дальше…
   Через километр мы выехали на огромное, чистое тундровое пространство, по которому живой рекой двигалось громаднейшее стадо оленей. Всякий раз это зрелище не оставляет равнодушным. Когда стадо идет, развесистые рога идущих рядом оленей задевают друг друга и раздается клацание. Когда идет многотысячное стадо, то этот звук превращается в некую естественную музыку, музыку живой тундры… Можно долго смотреть на отходящую «живую реку»…
   Мы дождались, пока олени перешли тундру и остановились вдалеке, у леса. Огромное стадо превратилось в живую темную полосу на горизонте. Послышался шум двигателя снегохода, и через несколько секунд на снегоходе показался Алексей. На сиденье сзади сидела собака. Несмотря на то, что снегоход летел на полном ходу, собака сидела ровно и, балансируя, смотрела по сторонам.
— Алексей, а собака у тебя не падает, когда ты так едешь? – спросили мы, когда он остановился.
— Никогда не падает, постоянно со мной ездит… привыкла, — ответил он, улыбаясь.
— Красиво олени идут, — степенно сказал Сергей.
— Поедем чай пить в соседние чумы? – спросил у нас Алексей.
— Далеко?
— Нет, не далеко. Километров десять.
   Проехали мы совсем не десять километров, а гораздо больше. Подъехали к трем чумам, зашли в гости к родственникам Алексея. За мороженым муксуном и горячим чаем после дороги нам показывали фотографии разных лет.
   «Вот здесь мы осенью на Ямале, переходим через реку», — комментировал Алексей. На фотографии: аргиш переходит водную преграду на пути к новым пастбищам — упряжки оленей с загруженными нартами идут через речку. Такие переправы требуют не только знания и умения, но и внимательности, точной координации, слаженности в действиях.
   Алексей, перелистывал фотоальбом, рассказывая про запечатленные сюжеты, и было видно, как он внутренне погружался в события прошлого, словно они происходили сейчас. Казалось, что когда он смотрел на свои фото из раннего детства, то становился ребенком… когда же смотрел на сюжет прошлогодней осени в стойбище, то становился взрослым и серьезным человеком, с переживанием всех сложностей и ответственности за работу. Он вспоминал погоду, настроение, все действия до мелочей, проживая вновь годы с эмоциями и внимательностью.
  Мы хорошо согрелись в чуме, подкрепились и после интересного рассказа Алексея, поблагодарив хозяйку чума за теплый и добрый прием, поехали в обратный путь. Так прошел почти весь день. Спустя некоторое время уже стемнело, и на снегоходах включили фары.
  Мы ехали по снежной тундре. Алексей ехал первым, показывал дорогу: «Совсем замело, следов снегохода вчерашних не видно». Потом он свернул, и мы поехали по совсем другому пути. Ненцы очень хорошо ориентируются. Чуть позже мы выехали на автозимник, который проходил рядом с железной дорогой 501-й стройки. Вблизи показался мост, который напомнил нам об экспедиции прошлой осенью. Далее мы проехали мимо лагеря «Щучий». Вечером приехали к чумам.
— Вы где были? – спросил Пеля.
— К родственникам ездили на чай, — ответил Алексей.
— Сколько до туда километров, ведь больше десяти? Лагерь «Щучий» находится в 42 км от Надыма, а мы были дальше. Это же больше 20 км отсюда — поинтересовались мы.
— Десять или двадцать пять, да какая разница? – ответил Алексей и улыбнулся.
   Мы посмеялись и пошли в чум. Действительно, для ненцев такая разница в километраже не существенна. Не удивительно с ними поехать попить чая и за 50 км, и за 70 км. Постоянно кочуя по северным просторам, они в основном меряют расстояние по пятьдесят или по сто километров. Ну а плюс минус тридцать километров – это мелочи жизни. «Алексей любит поездить», — прокомментировал Пеля.
   Вечером после ужина мы собрались в чуме Алексея, смотрели по телевизору сюжеты нашей экспедиции по 501-й стройке. У ненцев есть небольшие телевизоры и DVD плейеры, работающие от мобильной электростанции (программы не показывает по причине удаленности). По вечерам ненадолго все собираются в чуме посмотреть какой-нибудь фильм.
  Спать ложатся все рано, потому что на следующий день вставать в 5 утра (так ежедневно). Ночью печка не топится, но все равно тепло под ягушкой (женская одежда из оленей шкуры, которой укрываются ночью).
Назад к содержимому